Казахстан не должен стать страной «самозанятого» населения

В Алматы, под эгидой конфедерации работодателей (предпринимателей) Республики Казахстан (КРРК) прошел семинар-тренинг, посвященный сокращению неформальной экономики в Казахстане.

Под этой внешне красивой формулировкой, стыдливо именуемой властью – проблемой так называемого «самостоятельно занятого» населения, на самом деле кроются около 3 миллионов наших соотечественников, которые торгуют на базарах и толкают тележки. Спустя 20 лет после своего самоустранения от регулирования сферы труда государство наконец-то поняло, какой «миной замедленного действия» является эта проблема, ведь вся эта людская масса не регулируется каким-либо законодательством, не платит налоги и не заботится о пенсионных накоплениях. Еще один финансовый кризис может вызвать в этой среде социальный взрыв, чреватый и для самой власти. Именно по этой причине с 1 июля 2011 года в Казахстане начала претворяться государственная «Программа занятости – 2020», которая призвана в разы уменьшить безработицу и число самозанятых, а также снять напряжение в обществе. Пути реализации этого важного документа, его минусы и плюсы обсуждали представители Минтруда, лидеры профсоюзов и ассоциаций, международной организации труда (МОТ) и другие участники форума. Редакция «НГ» решила дать слово всем сторонам, участвовавшим в обсуждении, чтобы был представлен самый широкий спектр мнений и взглядов на эту «оптимистическую трагедию», как сегодня в обществе называют ситуацию с самостоятельно занятым населением страны.

Христиан Хесс – представитель МОТ-Женева: «Лозунг нашей организации – достойный труд и продуктивная работа на основе равноправия, социальной защиты и охраны труда! Отрадно, что Казахстан ратифицировал 19 международных конвенций в сфере труда. Позитивно и то, что ваша страна прислушивается к рекомендациям МОТ, к примеру, многие положения казахстанской программы «Дорожная карта» основываются на Глобальном пакте МОТ о рабочих местах. Обсуждаемая тема очень важна, поскольку по результатам исследования, проведенного в 118 странах мира, в 45-ти из них есть риск социальных волнений, поэтому нужно заранее предотвращать несправедливость в распределении бремени финансовых кризисов».

Бахыт Бижанова – профессор международной академии бизнеса (МАБ): «По итогам проведенного нами в студенческой среде Алматы опроса выяснилась тревожная тенденция. Так, 80% опрошенных хотят после окончания вуза работать в госучреждениях или силовых структурах, 15% – в национальных компаниях и лишь 5% – в бизнесе или производстве. Считаю, что государству необходимо начать перемены с подготовки кадрового потенциала, поскольку работодатели сейчас неохотно берут на работу или практику молодых специалистов. Поэтому нужно стимулировать этот процесс. Также нужно устранить образовавшийся перекос, когда на одного выпускника профтехучилища приходится семь выпускников вузов…»

Акмоншак Темирбаева – исполнительный директор союза предпринимателей и работодателей Атырауской области: «Несмотря на то, что наш регион называют нефтяным, уровень скрытой безработицы здесь очень высок. Из всей отрасли торговли более 90% занимает стихийная торговля, хотя акцию Минфина «Требуй чек – будь патриотом!» перенесли даже в школы. Заниматься бизнесом очень проблематично, поскольку даже работа по патенту или так называемой «упрощенке» – целая волокита! Программ занятости у нас много и все вроде хорошие, но, по моему мнению, иногда мы не туда государственные деньги вкладываем».

Мурат Татибеков – консультант МОТ, доктор экономических наук: «По сравнению с 90-ми годами доля неформальной экономики в Казахстане в настоящее время снизилась с 32,5% до 17,7%. И хотя прогресс налицо, это все еще много для страны с транзитной экономикой. Находятся в тени и лидируют в ней такие отрасли, как сельское хозяйство, торговля, сфера услуг и операции с недвижимостью. Неформальная экономика сказывается не только на снижении поступлений налогов в бюджет, но и приводит к ослаблению трудовой мотивации человека, разложению морального климата в семье и обществе и, как следствие, к росту криминала. Поэтому, прежде всего, нужны правовые изменения, хотя бы такие, как введение обязательного предоставления всеми гражданами ежегодной налоговой декларации о доходах. Только таким образом мы получим реальную картину в этой сфере».

Анатолий Марченко – вице-президент Актюбинского союза промышленников и работодателей: «Наш регион самодостаточный и бурно развивающийся. Из 44 тысяч субъектов предпринимательства – 27 тысяч экономически активны. Однако, сколько бы мы встреч, посвященных проблеме занятости населения, ни проводили, ни один аким прямо не ответил, что конкретно делается в сфере труда. Поэтому складывается впечатление, что на местах кому-то выгодна ситуация с самозанятыми. В итоге получается так, что формальные предприятия «грузят по-черному» различными налогами и проверками, между тем, как быть неформальным гораздо выгоднее. Поэтому считаю, что нужно честно назвать их безработными!»

Юрий Колесников – вице-президент союза промышленников и работодателей Южно-Казахстанской области: «В прошлом году из 15 тысяч заявок мы трудоустроили 9 тысяч человек. В этом году из 11 тысяч заявок на работу устроились тоже девять. О чем это говорит? Люди не хотят браться за низкооплачиваемый или тяжелый труд, предпочитая меньше работать и больше получать. Или возьмем пример АО «ЮТЕКС» у которого уже 68 миллионов тенге долга. Предприятие простаивает и не выпускает текстиль, потому что местные хлопкоробы предпочитают отправлять хлопок за рубеж по цене $5 тысяч за тонну, чем сдавать по дешевой цене родной фабрике. И аналогичная ситуация по солярке, газу и другим факторам. Почему же правительство не защищает отечественных предпринимателей?»

Михаил Глухов – президент Ассоциации мебельных предприятий Казахстана: «Минтруд здесь с гордостью заявляет, что переподготовил 150 тысяч человек. Я хочу на это сказать одно – не обольщайтесь! Уровень этой переподготовки крайне низок, и, по сути, миллиарды государственных денег выкинуты на ветер. Зачем учить человека вручную обтачивать швабру, когда существуют станки хотя бы с ЧПУ? Нужна современная база профессионального образования. Нужно привести в порядок всю налоговую систему. Перевести на патент весь микробизнес и брать НДС не со ста, а с 600 миллионов тенге в год. Лишь тогда бизнес станет прозрачным, потому что ничто так не разлагает людей, как непосильные задачи».

Тимур Назханов – вице-президент НАП: «По моему мнению и личному опыту общения с представителями МСБ доля неформального сектора экономики в Казахстане составляет не 17,7%, а все 50%. Почему в США малым бизнесом считается предприятие, где численность работников до 500 человек, а у нас только 50? Почему во всем мире, кроме Казахстана, микробизнес работает по патенту и имеет право нанимать работников? Словом, у бизнеса накопилось немало вопросов к государственным структурам, и пока на них не будет ответа, все эти миллионы самостоятельно занятых людей будут по-прежнему находиться в теневой экономике».